Митрополит иона и установление автокефалии русской церкви. О единстве Русской Православной Церкви и об автокефалии (Украинской и других) Установление независимости автокефалии русской митрополии от византии
1. Экуменическое критское совещание и его последствия
Прошло два года с момента проведения экуменического Критского совещания, и чем более это печальное событие отдаляется от сегодняшнего дня, тем яснее видно, что данный лжесобор стал неким водоразделом в отношениях между Православной Церковью и еретиками, экуменистами и модернистами, исповедовавшими на этом лжесоборе еретическую веру в якобы единого для всех религий бога (например, пункт 17 Окружного послания Собора на Крите).
За прошедшее время особенно обнажилась ситуация вокруг политических игр с Украиной: Синод Константинопольского Патриархата принял решение рассмотреть обращение Украинской Рады о предоставлении автокефалии Украинской Православной Церкви. Правда, не очень понятно, какой именно: на Украине на сегодняшний день есть Украинская Православная Церковь Московского Патриархата и две раскольнических организации — УПЦ КП и УАПЦ, плюс еще униатское сообщество, подчиняющееся папе Римскому. Архиепископ Иов (Геча), представитель Константинопольского Патриархата, в корреспонденту Татьяне Деркач заявил, что Украина якобы является канонической территорией Константинопольского Патриархата и привел пример с Польской Православной Церковью, получившей в 1924 году по просьбе правительства Польши автокефалию от Константинопольского Патриархата. И хотя впоследствии архиепископ Иов попытался загладить произнесенные им эти и другие совершенно антиканоничные заявления, ясно, что они не были случайными.
Регламент проведения Критского собора указывает на глубокую модернистскую реформу, которую пытается осуществить в Православной Церкви Константинопольский Патриарх Варфоломей и его сподвижники-экуменисты. В регламенте, который так и не был утвержден всеми Поместными Церквями (его отказалась подписать Антиохийская Православная Церковь), было заявлено, что решение на соборе принимают не епископы, как это было все 2000 лет существования Христовой Церкви до этого собора, а Автокефальные Церкви, то есть фактически, представляющие их первоиерархи. Руководил же организацией и проведением Критского собора Патриарх Варфоломей по праву, как выражается Константинопольская Патриархия, первого по чести Вселенского Патриарха. Варфоломей же заявил о том, что он считает, что и в дальнейшем он как Вселенский Патриарх намерен проводить подобные «соборы» как органы управления Православной Церковью всей Вселенной. Подробный обзор этих канонических нарушений проведен в работе известного православного ученого, кандидата исторических наук Павла Кузенкова и диакона Павла Ермилова.
Ещё до Критского собора, когда в начале июня 2016 года четыре Поместные Православные Церкви отказались в нем участвовать, представители Константинопольского Патриархата заявляли, что в этом нет ничего страшного, потому что все проекты документов уже были «подписаны» Церквями ранее. На самом деле, проекты были подписаны в Шамбези отнюдь не Церквями, а их предстоятелями (да и то не всеми), что совсем не одно и то же. Более подробно о ситуации с антиправославной и антицерковной реформой, которую пытается проводить Синод Константинопольского Патриархата начиная с 1920-х годов, писали Павел Кузенков и кандидат богословия иерей Алексей Кнутов.
2. Цари и Патриархи
Все мы знаем, что у Господа нашего Иисуса Христа было 12 ближайших апостолов, но, как сказал им Сам Господь: «Вы знаете, что князья народов господствуют над ними, и вельможи властвуют ими; но между вами да не будет так: а кто хочет между вами быть большим, да будет вам слугою; и кто хочет между вами быть первым, да будет вам рабом … (Мф. 20:25-27). Эти слова, вслед за апостолами, мы понимаем буквально. Первоверховные апостолы Петр и Павел отнюдь не были руководителями Церкви, а были первыми по чести, как и сейчас первым по чести является Константинопольский Патриарх за то, что он - правящий епископ царствовавшего града Константинополя, Нового Рима, столицы православной Ромейской Империи, просуществовавшей двенадцать веков и являвшейся продолжательницей языческой Римской Империи, охватывавшей в первом тысячелетии по Рождестве Христовом бóльшую часть цивилизованных стран ойкумены (вселенной). Империя была вселенская, и прежде всего Ромейский Император был вселенским. Именно тем, что архиепископ, а потом Патриарх Константинопольский возглавлял Патриархию столичную и был близок к Ромейскому Императору-Автократору, объяснялось его право первой чести среди других патриархов и других епископов. Однако он ни ранее, ни теперь не мог и не может взять на себя прерогативы Императора, православного монарха!
Титул Патриарха в церковной истории появился лишь в середине V века от Рождества Христова. А до этого православные окормлялись епископами, архиепископами, митрополитами. Святой Благоверный Император Феодосий II в середине V века установил в пределах Ромейской Империи именование Патриархов для первоиерархов пяти важнейших в Империи епископских кафедр: Патриарх ветхого Рима - папа Римский, Патриарх Константинопольский Нового Рима, Патриарх и папа Александрийский, Патриарх Антиохийский, Патриарх Иерусалимский. Предстоятели упомянутых кафедр именовались патриархами и в документах IV Вселенского (Халкидонского) Собора 451 года и в документах последующих Вселенских Соборов. В управлении Церковью Император во многом опирался на совет этих пятерых Патриархов, что было подтверждено в указах святого благоверного Императора Юстиниана Великого в VI веке.
Именно православный Император созывал Вселенские Соборы, а не Константинопольский Патриарх. Именно Император являлся высшим судьей для разрешения многих церковных вопросов, именно под его рукой и в симфонии с ним на протяжении многих веков находились все пять Патриархов, указанных выше.
Константинопольский Патриарх назывался Вселенским и был первым по чести исключительно потому, что его кафедра находилась в стольном граде Вселенского Императора Ромеев, защитника Вселенского Православия. Ведь и Римская, и Антиохийская, и Александрийская, и Иерусалимская кафедры были более древними и прославленными, основанными апостолами от двенадцати.
После крещения болгар и вскоре после получения ханом болгар титула Царя, Болгарской Церкви в 921 году Ромейским Императором и собором Константинопольской Церкви даруется автокефалия и при Святом Благоверном Царе Симеоне учреждается Болгарская Патриархия. Так же и в Сербии со времени создания Сербского Царства во главе с первым Сербским Царем и Василевсом Стефаном Душаном, с 1346 года, учреждается Сербская (Печская) Патриархия.
Православному Царю со времен Благоверного Автократора Феодосия II надлежало править государством и православным народом в симфонии с православным Патриархом. Так было установлено и на Руси.
В Ромейской Империи (Греческом царстве) и в Болгарском, Сербском, Грузинском, Русском царствах Церковь и государство были нераздельны и составляли одно целое. Православный Монарх как Помазанник Божий (наместник Господа Иисуса Христа в своем царстве) правил не только государством, но и Поместной Церковью в духовной симфонии с Патриархом и другими епископами.
Еще в I веке по Рождестве Христовом апостол Андрей Первозванный просвещал Светом Христовым и район греческой колонии Византия, будущего Константинополя, и Грузинскую, и Аланскую земли, и Русь от Тавриды (Крыма) и далее - к Киевским горам и дальше на север, вплоть до Валаамских островов. Так что Церковь Русская - апостольская, так же, как и Церковь Константинопольская. Первый русский епископ, насколько нам сегодня известно, был поставлен в Киев еще Патриархом Константинопольским Фотием при Князьях Аскольде и Дире в середине IX века. Церкви Кавказа - Армянская (до отпадения ее в монофизитство после Халкидонского Собора), Грузинская, Агванская (Азербайджанская) и частично Аланская (Осетинская) в первом тысячелетии по Рождестве Христовом окормлялись Антиохийским Патриархом. Позднее, вскоре после Владимирова Крещения в конце X века, в Киев Ромейским Императором и Константинопольским Патриархом был поставлен первый митрополит Руси, Михаил, родом сириянин. Спустя полвека после Владимирова Крещения, первым избранным, а не присланным из греков, русским митрополитом стал святитель Иларион, автор знаменитого «Слова о законе и благодати», одного из древнейших образцов русской литературы.
Ромейский Император и Константинопольский Патриарх традиционно имели ограниченное влияние на непосредственное управление Русской митрополией. Отнюдь не формально-административное устройство объединяло и объединяет Православные Церкви, а единство исповедания Святой Троицы, Бога нашего, единство в вероучительных вопросах, в соблюдении канонов святых отцов нашей Церкви. Так было и в первом, и во втором, и ныне, в третьем тысячелетии. Поставление митрополита на Русь, как правило, согласовывалось Константинопольским Патриархом с Великим Князем, подобно этому и в дальнейшем поставление епископов на русские кафедры (как и решение других вопросов церковного управления) происходило в согласии, в симфонии русскими митрополитами, епископами и Великими Князьями.
Случались и конфликты между митрополитами, поставляемыми из Константинополя, и Великими Князьями Киевскими и Владимирскими. Как известно, долго конфликтовали между собой в конце XIV века митрополит Киевский и всея Руси Киприан, поставленный из Константинополя, и Великий Князь Дмитрий Иванович Донской, ныне оба прославленные как святые угодники Божии во Вселенском Православии.
3. Флорентийская уния, падение Константинополя, автокефалия Русской Церкви
Окончательное отделение Русской Православной Церкви от Константинопольского Патриархата произошло в 1441-1448 годах, после принятия как Ромейским Императором Иоанном VIII Палеологом, так и епископами во главе с Константинопольским Патриархом Иосифом II в 1439 году Флорентийской унии с еретиками-латинянами, то есть после ухода Константинопольского Патриархата с большинством епископов в униатский вероотступнический раскол. Народ Божий на Руси во главе с Великим Князем Василием Васильевичем не принял латинскую ересь, не принял «флорентийского экуменизма» и фактически изгнал митрополита Киевского и всея Руси Исидора из Москвы, когда тот в 1441 году попытался на службе в Успенском соборе Кремля вознести за богослужением имя папы Римского.
В таком положении Константинопольский Патриарх, еретик-униат, никак не мог сохранить право назначать митрополита Киевского, и в 1448 году собор епископов Русской Православной Церкви, по благословению Великого Князя Владимирского и Московского Василия Васильевича, самостоятельно поставил митрополита Иону, руководствуясь и 15 правилом Двукратного Константинопольского Собора, и решением Константинопольского Собора 879 года (Фотиевского), и решениями Соборов 1341, 1351, 1368 годов (Паламитских соборов), осуждавшими ересь филиокве, варламитскую ересь и ересь папизма в целом как явное вероотступничество.
Схожей позиции (известной тогда в Москве) придерживался Иерусалимский собор 1443 года при участии Иерусалимского, Александрийского, Антиохийского Патриархов и митрополита Кесарийского: он постановил, что униатский Патриарх Константинопольский Митрофан II не вправе ставить приверженцев унии на епископские и митрополичьи кафедры, а рукоположение униатов признано не священным.
Великого Князя Московского и русских епископов поддержал в то время и протат Святой горы Афон.
В 1453 году, спустя 13 лет после Флорентийской унии, Второй Рим, Царьград, Константинополь, с 626 года переживший 23 осады, за 1123 года своего существования почти неприступный для внешних врагов (вероломным предательством, и также в результате союза с латинянами-еретиками Императора Алексея IV, он был лишь однажды захвачен «крестоносцами» в 1204 году), на этот раз пал под ударами коалиционной исламской армады, несмотря на молитвы многих тысяч монахов в самом Константинополе и в окрестных монастырях о даровании победы ромейскому войску.
Молитвы были тщетны, благодать Божия отступила от Константинополя Нового Рима, потому что, заключив Флорентийскую унию с еретиками, Император и большинство епископов предали Господа Иисуса Христа (за исключением Святителя Марка Эфесского и нескольких других участников собора, отказавшихся подписать унию или сбежавших с Ферраро-Флорентийского собора епископов).
Оказавшийся под пятой турок-османов Константинополь с 1453 года больше не являлся столицей православного государства. Султан (что было естественно) не допустил отношений Константинопольского Патриархата с Римом, а народ Божий бывшего Греческого Царства не принял Флорентийскую унию де-факто, что и подтвердили Константинопольские Соборы 1472 и 1484 годов. Эти Поместные Соборы отвергли Флорентийскую унию, приняли в общение раскаявшихся еретиков, но Константинопольская Церковь в политическом плане осталась в сильной зависимости от Султана, и, пережив еретическую унию (фактически, вероотступничество) и униатский раскол (с той поры греко-католическая деноминация существует и ныне), уже не могла претендовать даже на символическое руководство Русской Церковью. Султаны утверждали того или иного епископа на Константинопольскую кафедру и для православного государства, для свободного русского православного народа было невозможным и антиканоничным принимать митрополита от ставленника султана, пусть и являвшегося архиепископом Царьграда (Патриархом Константинопольским).
Пять веков под властью Султана изобилуют случаями, когда православных Патриархов снимали с кафедры, а порой и казнили за защиту православных, за добрые христианские отношения с Москвой. Но были в эти века и Патриархи, ориентировавшиеся больше на католический Рим, чем на православную Москву или служившие больше султану, чем Православию.
Именно по инициативе султана для «простоты управления» к началу XVI века была ликвидирована автокефалия Болгарской и Сербской Церквей, оказавшихся расположенными на территории Османской Империи, и они вновь вошли в состав Константинопольского Патриархата как епархии.
Иерусалимская, Антиохийская, Александрийская Церкви признали автокефалию Русской Церкви еще при святителе Ионе, митрополите Киевском и всея Руси, Московском Чудотворце (+1461). Константинопольский Патриархат, после очищения от униатской ереси, де-факто также восстановил общение с Московской митрополией, хотя из политических выгод при необходимости именовал Русскую Церковь «раскольничьей». Окончательное закрепление Русской автокефалии произошло на греко-русском Соборе 1589 года, собранном Святым Благоверным Царем Федором Иоанновичем при участии Константинопольского Патриарха Иеремии II и благословении Антиохийского Патриарха Иоакима. На этом Соборе было учреждено патриаршество в Москве и был поставлен первый Московский и всея Руси Патриарх Иов.
Изгнанный из Москвы в 1441 году и лишенный сана как вероотступник митрополит Исидор принял у католиков звание кардинала и стал служителем еретика папы Римского, а не Константинопольского Патриарха. Он претендовал на ту часть канонической территории Русской Православной Церкви, которая находилась под Великим Князем Литовским и Польским королевством (включая Киев), но православный русский народ и клир во главе с епископами не приняли еретика Исидора, да и Польский Король, Великий Князь Литовский Казимир IV не пожелал его поддерживать в то время. Именно вероотступник Исидор в 1452 году провозгласил унию в константинопольском соборном храме Софии Премудрости Божией: за шесть месяцев до падения Царьграда.
Митрополит же Иона после своего избрания в 1448 году оставался митрополитом Киевским и Московским еще в течение десяти лет. В начале 1458 года не кто-нибудь иной, а еретик папа Римский Каллист III своей буллой незаконно разделил единую каноническую территорию Русской митрополии на Киевскую и Московскую, а низложенный и изгнанный из Царьграда бывший Патриарх Константинопольский, униат Григорий Маммас вслед за этим неззаконно поставил еретика униата Григория Болгарина (ученика Исидора) на Киевскую кафедру. Удалось это совершить только при поддержке польского Короля Казимира IV: католик по вероисповеданию, король действовал по указке папы Римского.
Следует отметить, что к 1458 году, уже на протяжении более чем пяти веков от начала своего существования, Киевская и Владимиро-Московская кафедры входили в одну и ту же Русскую митрополию. И еще в 1389 году, при Патриархе Антонии IV, Собор Константинопольской Церкви постановил, что Русская митрополия едина на вечные времена! Это особо подчеркивает неканоничность действий папы Римского и униатских Константинопольских патриархов, пытающихся и ныне разделить нашу Русскую Церковь. Русская Церковь до Флорентийской унии столетиями поминала своего первоиерарха - Патриарха Царьграда, но впереди него поминался Ромейский Император, Помазанник Божий. Недаром Патриарх Антоний IV в 1393 году в послании к Великому Князю Владимирскому и Московскому Василию Дмитриевичу писал : «Нет ничего хорошего, если ты говоришь: мы имеем Церковь, а не Царя. Невозможно христианам иметь Церковь, но не иметь Царя».
Первенство власти над Поместными Православными Церквами в определенной, но вполне и весьма ограниченной канонами степени защитника Православия, имел православный Ромейский Император, но не Константинопольский Патриарх и уж тем более не император-униат или султан.
4. Польско-литовское иго над православными
На территории русских земель, подвластных в XV-XVIII веках Польше и Литве, Православная Церковь подвергалась угнетению и разорению со стороны латинян, многие храмы были закрыты, а епископские кафедры пустовали. Православные Киевские митрополиты с 1458 года поставлялись указом короля-католика, без соборного решения архиереев и без благословения Константинопольского Патриарха. Константинопольский Патриарх фактически лишь уведомлялся. Финалом этих гонений и окатоличивания стало восстановление Флорентийской унии на волчьем соборе в Бресте в 1596 году, когда почти все русские епископы Речи Посполитой под давлением короля, иезуитов и прочих католиков отступили от веры Православной и присягнули папе Римскому. Против Брестской унии выступили тогда миряне во главе с Князем Константином Острожским. Он в своем окружном послании обличил епископов-униатов как вероотступников. Большая часть малороссов и белорусов пошли за Князем Острожским и двумя оставшимися верными Христу епископами. Народ Божий опять, как и в середине XV века, отверг унию с еретиками и остался верен Православию.
О битвах малороссийского и белорусского народов за веру своих отцов, о Запорожской Сечи - рыцарском православном ордене Запорожских казаков, защищавшем Православную веру в битвах с латинянами на западе и севере и османами и крымскими татарами на юге и востоке на протяжении XVI-XVII веков рассказывается во многих летописях, а вслед за ними и в исторических исследованиях, и в достоверных художественных произведениях (достаточно вспомнить хотя бы «Тараса Бульбу» Н.В. Гоголя). На протяжении этих веков шли непрерывные военные и духовные битвы против татарского (магометанского) и польского (католического) ига, в которых наш русский православный народ вышел победителем. При гетмане Петре Конашевиче-Сагайдачном в 1621 году, по благословению Царя Михаила Феодоровича Романова, Московского Патриарха Филарета (Романова) и Константинопольского Патриарха Кирилла (Лукариса), Патриархом Иерусалимским Феофаном III на Украине и в Белоруссии была восстановлена православная иерархия во главе с митрополитом Киевским Иовом (Борецким). При гетмане Богдане Хмельницком в 1654 году по решению Переяславской Рады (впоследствии в 1667 году закрепленному Андрусовским договором между Россией и Польшей) вся Левобережная Украина и Киевская область вернулись в Русское Царство. А в 1686 году Соборным решением Константинопольского Патриархата было восстановлено единство Московского Патриархата и Киевской Митрополии, которые с канонической точки зрения никогда не разделялись, потому что действия еретика папы Римского и униатских Константинопольских патриархов были незаконны, а посему не принимаются во внимание, яко не бывшие. Единство канонической территории Русской Православной Церкви Милостью Божией существует и до нашего времени.
5. Российская Православная Вселенская Церковь во главе с Помазанником Божиим
К началу XIX века восстановлено было Православие и на западе Украины и Белоруссии, и в самой Польше после воссоединения этих земель с Россией и ликвидации польско-латинского гнета. Подавляющее число приходов, уклонившихся в униатство, вернулось в Православие. Российская Православная Греко-Кафолическая Церковь включила в себя те канонические территории, которые были у нее при Ромейских Императорах, то есть Великороссию, Малороссию, Белоруссию, Польшу, Литву, Прибалтику, Финляндию (часть территории которой, как и прибалтийские земли, входила в состав древнерусского государства, в котором и была установлена Ромейским Императором Киевская митрополия).
В начале XIX века в состав нашей Российской Вселенской Церкви Ромейского (Греческого) обряда вошла на правах экзархата и древняя Грузинская Церковь, когда Грузия окончательно была присоединена к Православной Русской Империи.
В XIX и XX веках в нашу Церковь вошли и те территории, на которых Русская Церковь осуществляла равноапостольную проповедь христианской веры: Япония (где проповедовал святой равноапостольный Николай Японский), Северная Америка (где проповедовал святой равноапостольный Герман Аляскинский), Китай (где проповедовал святитель Иоанн Шанхайский и другие святые угодники русские).
Москва - Третий Рим, а с ней и Россия в XVI веке, после падения Константинополя приняла на себя бремя православной Империи, а русские Цари, начиная с Иоанна Васильевича Грозного, стали преемниками Ромейских Императоров, защитников Вселенского Православия. «Да веси, христолюбче и боголюбче, - писал в XVI веке старец Филофей псковского Елеазарова монастыря Великому Князю Московскому, Василию Ивановичу, отцу Царя Иоанна Васильевича Грозного, - яко вся христiанская Царства прiидоша в конецъ и снидошася во едино Царство нашего Государя, по пророческимъ книгамъ, то есть Ромеиское Царство: два убо Рима падоша, а третiй стоитъ, а четвертому не быти. … да весть твоа держава, благочестивый Царю, яко вся Царства православныя христiаньскiя веры снидошася въ твое едино Царство: единъ ты во всей поднебесной христианомъ Царь».
Еще Царь Иоанн Васильевич Грозный в XVI веке являлся единственным православным Монархом и оказывал всяческую поддержку всем Православным Церквям, оказавшимся под иноверческим гнетом и всем восточным Патриархам и монастырям Горы Афон, Синая и Святой Земли. Поэтому и именовалась наша Церковь Кафолической - Вселенской, что в Первопрестольной Москве был престол Императора Помазанника Божьего, удерживающего мир от антихристова зла по словам Апостола Павла, (2 Фес. 2:7), хранителя православной ойкумены для спасения людей в Боге. Кроме России в то время все православные народы были под иноверческим игом: либо латинским в Речи Посполитой, либо магометанским в Османской Империи (за исключением небольшой Грузии и, в какой-то степени, Валашского княжества, вассального Османам), что многими воспринималось как признак конца времен, близости пришествия антихриста.
Предательство и свержение с прародительского престола Государя Императора Николая II 2 марта 1917 года его генерал-адъютантами и командующими фронтов, руководством Государственной Думы, при широком участии многих представителей высших слоев российского общества и, увы, многих русских архиереев и клириков, отступивших от Бога и Помазаника Его, привели к разрушению Российской Империи и к временной утрате Российской Церковью статуса Вселенской Церкви, защитницы Вселенского Православия.
Уже 12 марта 1917 года, через десять дней после свержения Императора и через восемь дней после признания Правительствующим Синодом масонского Временного правительства «благоверным», от Российской Церкви отделяется Грузинская Поместная Церковь, а в 1920 году в ней восстанавливается Патриаршество. Вскоре начинаются и другие расколы и разделения, и сегодня еще окончательно не уврачеванные.
Российская Церковь, как и весь русский народ, за грех клятвопреступления перед Помазанником Божиим и царским родом Романовых по попустительству Божьему подвергается в ХХ веке страшным гонениям и расколам. Скоро нам предстоит отметить столетие этого страшного события – утраты русским православным народом православного Монарха.
Искупительный христоподражательный подвиг царственных мучеников и тысяч новомучеников и исповедников Российских привел к тому, что Россия и Русская Православная Церковь выжили и милостию Божией ныне восстанавливаются и возрождаются. Но еще не уврачеваны все расколы и нестроения, еще разъедает нашу Церковь неосергианство, экуменизм и модернизм. Мы уповаем на милость Божию и восстановление православной монархии. Верим, что это пророчество многих святых старцев сбудется, и Российская Церковь станет вновь Вселенской - кафолической, объединив всех верных. Об этом мы, православные, неустанно просим Бога, вознося наши молитвы и келейно и в скромных сельских и городских храмах, и пред честными мощами наших святых Великих Князей, Царей, митрополитов и Патриархов Всея Руси в кафедральном Успенском соборе и в Архангельском соборе Кремля в Москве.
Верим и в пророчества святых о восстановлении как православного града Константинополя, где в наши дни местный Патриарх даже не может совершить службу в Софийском Соборе, превращенном в мечеть. В пророчествах святых говорится о том, что Константинополь будет освобожден от иноверческого ига русским православным воинством, а действующим Римом - стольным градом православной Империи останется Третий Рим - Москва.
6. Ложная польская «автокефалия» 1924 года
Следствием богоборческих гонений XX века стало и отделение от Российской Церкви Польской митрополии. Происходило это в 1920-х годах, когда сама Русская Церковь была поставлена в тяжелейшие условия на грани существования.
Богоборцы-большевики добились того, что более половины приходов ушли в обновленчество, Патриарх Тихон был арестован большевиками и впоследствии ими отравлен, десятки архиереев и тысячи мирян оказались в заточении или были убиты, тысячи храмов были разрушены. Связь Патриарха Тихона и его заместителей с приходами за рубежом была нарушена.
Не меньшие гонения выпали на долю православных греков Константинопольского Патриархата в 1910-х годах, во времена младотурков, и во время правления Ататюрка в 1920-х годах. Константинопольским Патриархом в те времена при поддержке англичан и стран Антанты в 1921 году был поставлен масон Мелетий, церковный модернист, печально известный тем, что именно он ввел в Греции новостильный календарь, что повлекло за собой раскол и нестроения в Греческой Церкви. Мелетием в 1923 году были незаконно включены в состав Константинопольского Патриархата Эстонская и Финская автономные Церкви (входившие, как и Польская, в Русскую Церковь), что было вопиющим нарушением канонического права: вмешательством одной автокефальной Церкви в дела другой.
Ясно, что и «установление автокефалии Польской Православной Церкви по просьбе польского правительства» в 1924 году отнюдь не является примером соблюдения канонов Православной Церкви. Автономная Польская Православная Церковь была поставлена на грань выживания: богоборческий режим, установленный в Польше революционером-националистом Юзефом Пилсудским и его братьями, подверг православных не меньшим гонениям, чем большевики. Как ни парадоксально, но после установления незаконной «кровавой» автокефалии по требованию правительства, гонения на Православную Церковь в Польше только усилились. В 1920-1930-х годах в Польше было разрушено более тысячи православных храмов, в том числе и кафедральный собор Александра Невского в Варшаве; гонения коснулись и епископов, и простых клириков, и мирян Православной Церкви. Многие из них были изгнаны из храмов, арестованы и погибли мученической смертью, защищая и веру православную, и единство с русской Матерью-Церковью (святые мученики Холмские и Подляшские). Вновь начался процесс окатоличивания Польской Православной Церкви (более подробно об этом пишет Елена Владимирова в статье ).
Действия правительства Польши и Патриарха Константинопольского Григория VII по установлению автокефалии координировались из одного центра Антанты и преследовали одну цель: разделение и умаление Российской Православной Церкви и Вселенского Православия. Характерно, что смерть Григория VII наступила через неделю после подписания им незаконного Томоса об автокефалии Польской Церкви.
Неканоничность этих действий подтвердилась последовавшими событиями. «Автокефалия, дарованная Константинопольским Патриархатом Польской Церкви», никогда не признавалась полнотой Вселенской Православной Церкви, как не признавал ее и Московский Патриархат.
Большая часть приходов Польской Церкви воссоединилась с Матерью-Церковью в 1939 году, а затем в 1944 году после освобождения Польши от немецко-фашистских захватчиков. Летом 1944 года Митрополит Варшавский Дионисий бежал с отступавшими немецкими захватчиками. 22 августа 1948 года он принес покаяние за участие в незаконном установление автокефалии Польской Церкви Патриарху Московскому и Всея Руси Алексию (Симанскому), был лишен титула главы Польской Митрополии и отправлен на покой. Синод Русской Православной Церкви 22 июня–22 ноября 1948 года даровал законную автокефалию Польской Православной Церкви, предстоятелем которой стал архиепископ Тимофей (Шрёттер).
7. Выводы
Таким образом, изучая каноны и основания Вселенской Православной Церкви и историю формирование автокефальных Церквей, мы видим, что решения и заявления Синода Константинопольского Патриархата о том, что якобы этот Патриархат имеет какое-то право рассматривать обращения Украинской Рады, не основаны ни на каких церковных канонах, а лишь следуют незаконным действиям еретика папы Римского и униатских епископов, отступивших от Православия и стремящихся проводить католическую экспансию на канонической территории Русской Православной Церкви.
Основная цель сил мирового зла, направленных на отделение Украинской Православной Церкви от Русской - это, как и в древние времена, подчинить ее ересиарху папе Римскому, идущему по пути созданий единой церкви всех религий, церкви антихриста.
Единая святая соборная апостольская Церковь жива и руководима Духом Святым, и во главе нее - Господь Бог наш Иисус Христос, и посему она до наших дней, второй половины XX и начала XXI века рождает святых угодников Божиих: преподобных Иосифа Исихаста, Порфирия Кавсокаливита, Паисия Святогорца, подвизавшихся в Константинопольском Патриархате и Элладской архиепископии, святителей Серафима Богучарского, Иоанна Шанхайского, Аверкия (Таушева), Филарета (Вознесенского), Иоанна (Снычева), подвижников православного благочестия Иоанна (Крестьянкина), Николая Гурьянова, Феодосии Скопинской, подвизавшихся в Русской Зарубежной Церкви и в Московском Патриархате. Мы, православные из стольного града Москвы, Третьего Рима, с любовью относимся ко всем православным и из греческих, и из других православных Церквей, но не приемлем и не принимаем экуменические и другие антиканонические и еретические акты, откуда бы они не исходили: из Флоренции или Бреста, из Шамбези или с острова Крит, из Баламанда или из Гаваны или с острова Лесбос, а уповаем на Бога, пресвятую Богородицу и святых угодников Божиих.
Президент Русского культурно-просветительного
фонда имени святого Василия Великого,
Василий Бойко-Великий
Патриарх Иосиф II умер через несколько дней после публичного признания им на соборе ереси «филиокве», так и не дожив немного до подписания самой унии с ветхим Римом.
Вопрос о русской автокефалии возник лишь тогда, когда в 1439 году на «Вселенском» соборе во Флоренции между Римом и Константинополем была заключена церковная уния
...Русь никогда не была политически зависима от Византии, однако почти пять веков была митрополией Константинопольского Патриархата, митрополит обычно присылался из Нового Рима и был этническим греком. Лишь дважды - в 1051 и 1147 годах - митрополит всея Руси избирался собором местных епископов. Вопрос о русской автокефалии возник лишь тогда, когда в 1439 году на «Вселенском» соборе во Флоренции между Римом и Константинополем была заключена церковная уния (известна как «Флорентийская уния»).
Подписавший унию митрополит Киевский и всея Руси Исидор по прибытии в 1441 году в Киев в был арестован (бежал в Рим, где стал кардиналом. Там же умер). Средства связи тогда были достаточно несовершенными, поэтому только в 1448 году - после длительного ожидания известий из Царьграда - на место еретика собор епископов в Москве избрал митрополитом Рязанского епископа Иону. Эта дата считается фактическим началом автокефалии Русской Церкви.
Подробностей происходивших в самой Византии событий на Москве не было известно, и в Константинополь к императору было отправлено послание, в котором говорилось:
«И церковь наша Русская святейшия митропльи Русскиа, святыя Божия вселенския сборныя апостольския церкве Премудрости Божия святыя София Цареградския благословения требует и ищет, и во всем по древнему благочестию повинуется; и тот наш отец Иона, Митрополит всеа Руси, по томуж, всячески требует оттоле благословения и соединения, разве [кроме, за исключением - прим. arctus ] нынешних новоявльшихся разгласий. И молим святое ти царство, да будеш о всем к тому нашему отцю Ионе Митрополиту добрыи воли, и то нам от святаго ти царства велми любо. <…> Хотехом же убо о сих всех делех о церковных <…> писать и к святейшему Вселенскому Патриарху православному свои грамоты <…> но не вемы, аще уже есть <…> святейший Патриарх, или несть…»
Ответа не последовало. Через четыре года в византийскую столицу было направлено еще одно послание. В Москве могли только гадать, сохраняет ли Константинополь верность унии или нет. Ответа из Царьграда опять не было, однако польско-литовский король Казимир признал Иону митрополитом всея Руси, что означало восстановление единства Русской митрополии.
...
Вплоть до начала XVI века положение Константинопольского патриаршего престола было крайне тяжелым. Последний оплот византийцев - крымское княжество Феодоро (Мангуп) - пало под турецким напором в 1475 году. Связей у Москвы с Константинополем не было никаких. В Москве, не имея никаких сведений, Константинопольского патриарха считали не только возможным сторонником унии, но и лишенным всякой самостоятельности пленником султана-мусульманина.
...
В 1484 году в Константинополе состоялся церковный собор с участием представителей всех восточных патриархов, на котором уния была осуждена. Только с этого времени можно было говорить об окончательном, официальном и однозначном расторжении унии со стороны Константинополя.
...
В 1497/1498 году было восстановлено церковное общение Москвы с Афоном, Москва возобновила финансовую помощь Святой горе. Наконец, в 1514 году произошло установление дипломатических отношений Москвы с Османами. ... В 1518 году в Москву прибыло большое патриаршее посольство во главе с митрополитом Григорием. Таким образом, церковное общение было окончательно восстановлено. Греки попытались склонить Москву к ликвидации автокефалии, на что Москва не отреагировала, и вопрос был снят. ...В 1589 году по соглашению с греками состоялось провозглашение Московского патриаршества. Константинопольские соборы 1590 и 1593 годов признали Московскую патриархию.
Итак, оформление московской автокефалии было связано исключительно с уклонением Константинопольского патриархата в унию с Римом. Церковь-мать потеряла основания для сохранения своей власти на Руси. Вопрос унии в Константинополе был окончательно решен только в 1484 году, когда на церковном соборе в Константинополе с участием представителей всех восточных патриархов уния была осуждена.
Что имеем сегодня? Как метко отмечает обозреватель Дмитрий Семушин -
Титул Константинопольского патриарха - «Его божественное всесвятейшество архиепископ Константинополя-Нового Рима и вселенский патриарх » — призрачен и является всего лишь историческим воспоминанием. Нового Рима с его императором давно нет. Нет и иноверного султана, который осуществлял высшее руководство Константинопольской православной церковью в период «Османского ига». Нет и греческого Константинополя, а есть турецкий Стамбул. Все, что осталось от былой христианской империи, когда-то правившей из Города Миром, представляет собой комплекс из девяти зданий, плотно сжатых на малом участке земли. Место это называется «Фанаром», и с 1599 года оно является центром Константинопольского патриаршества, живущего под властью турок-мусульман. По иронии судьбы резиденция и патриаршая церковь на Фанаре были построены на деньги - тысячу рублей, «подаренные» русским царем Федором Иоанновичем константинопольскому патриарху Иеремии за учреждение им в России патриаршества.
***
По материалам: «
Став независимой, Русская Православная Церковь более, чем когда-либо, должна была опираться на собственные силы, свой духовный опыт и богословское наследие.
В XV- XVI веках продолжалось активное монастырское учредительство : было основано около 600 монастырей и пустынь, к концу XVI века их общее количество достигало 770. Часть из них располагалась на землях окраинных или малонаселённых, тем самым способствуя привлечению туда новых людей, а значит - и дальнейшему хозяйственному освоению российской территории. Многие монастыри окраин выполняли важные политические и дипломатические поручения Московских князей, фактически являлись военными форпостами на дальних и малозащищённых рубежах. Часть монастырей заимела путём покупок, захвата, княжеских и боярских пожертвований, а также благодаря вкладам состоятельных богомольцев, немалые владения - земли, крестьян, промысловые угодья, произведения церковного искусства и т. д. Накопление корпоративной собственности монастырей вызвало оживлённые споры в обществе, в центре которых оказалсявопрос о стяжательстве (накопительстве).
Ряд духовных авторитетов православного монашества, таких, как Нил Сорский, возглавлявший в конце XV века пустынь близь Кирилло-Белозерского монастыря, проповедовалинестяжательство , полагая, что сила Церкви прежде всего в духовности. Собственность же, по мнению нестяжателей, погружает монахов в мирские заботы, они уходят от идеалов святости. С таким мнением не соглашалось большинство монастырских наставников. Так, игумен Волоколамского монастыря Иосиф Волоцкий - известный богослов своего времени - указал на огромное значение монастырского имущества для укрепления места Церкви в общественно- духовной жизни.
В православном богословии не принято преувеличивать глубину и остроту различий нестяжателей и иосифлян . Оба лидера были согласны в том, что в основе иноческой (монашенской) традиции лежит Вера, воплощённая в добрых делах (а для этого нужно иметь хозяйственную независимость и твердые доходы монастырей), осуществлённых через молитву (а для этого нужно духовное перерождение каждого инока). Монастыри всё увереннее заявляли о себе в общественной, культурной и духовной жизни страны.
С XV века повсеместно формируется сеть сельских приходов , вся Русь была охвачена храмостроительством. Приходские храмы воздвигались на средства самих крестьян, по их желанию, они же играла большую роль и в организации приходской жизни: ведали казной и имуществом, избирали церковного старосту, приобретали недвижимость, избирали кандидатов в священники и т. д. Устроение тысяч приходов было важным духовным событием XV - начала XVI веков. Вместе с тем, такое бурное развитие церковной жизни вширь порождало и определённые проблемы: масса вновь посвящённых сельских попов мало отличалось от крестьян и не готова была к подлинному пастырству, бытовали вольные интерпретации догматов и импровизации в богослужении, преувеличивалась внешняя обрядовая сторона веры, имели место языческие суеверия и т. п.
Нарастающее многообразие церковной жизни настоятельно требовало её упорядочивания. Этому были посвящены Церковные соборы 1547, 1549 и 1551 годов , созванные по инициативемитрополита Макария (1542-1563гг.). Стоглавый Собор 1551 года унифицировал все стороны церковной жизни: богослужение, церковное управление, монастырское и приходное устроение, борьбу с ересями, благочестие мирян и др. Огромное значение имела осуществлённая на макарьевских соборах канонизация 39 русских святых. Каждый из них, представляя различные типу святости -святители, мученики, преподобные, блаженные, исповедники и др. - олицетворяли различные идеалы праведной жизни и многообразие путей к спасению. Митрополит Макарий вместе с помощниками в ходе 20-летней работы создал 12-томный труд ’’Великие Четьи-Минеи’’, включавший в себя выдающиеся памятники духовной литературы и определившие круг чтения православного человека на последующие века.
В XVI веке явственно обнаружилась тревожная тенденция - глава Церкви в своей административной деятельности всё более зависел от великокняжеской (с сер. XVI в. - царской) власти. Так, из одиннадцати митрополитов XVI века пятеро были насильственно лишены кафедры, в т. ч. митрополит Филипп (1566-1568 гг.), мужественно обличавший беззакония и кровавый террор Ивана Грозного. Однако эта тенденция не затрагивала существо духовного служения Церкви.
Установление патриаршества в Русской Православной Церкви. Признание автокефалии Русской Церкви восточными патриархатами (1589 - 1593 годы)
В 1586 году Борис Годунов начинает вести церковно-дипломатическую работу по установлению патриаршества в Москве. В этом году впервые за весь период (1448 - 1586 годы) в Москве появляется Вселенский Антиохийский Патриарх Иоаким.
Поэтому приезд Антиохийского Патриарха был расценен в Москве еще и как примирительный шаг. Этим немедленно воспользовались. Созывается расширенное заседание боярской думы, с приглашением многих чинов духовенства, под председательством царя Феодора. Тут царь обращается к представителям страны и к Патриарху за авторитетной консультацией: впервые гласно поднят вопрос об учреждении патриаршества на Москве. Естественно, что вся дума ответила дружным согласием, а антиохийский Патриарх отвечал, что ничего здесь незаконного или противоречащего священным канонам нет, но требуется согласие всех Вселенских Патриархов и он, Иоаким, со своей стороны, обязуется в этом отношении выступить парламентарием по просьбе Московского царя, но не митрополита (то есть, по просьбе гражданской власти).
По возвращении Иоакима домой, летом 1588 года в Москву прибывает Константинопольский Патриарх Иеремия. Он ведет частную беседу с Феодором и с Ириной (через переводчика).
После всего этого начинаются прямые переговоры. Прежде всего, Иеремии предложили самому стать российским патриархом; но с условием, что тот должен будет изучить русский и церковно-славянский языки, изучить русские обычаи, полюбить русский народ и землю, а главное - митрополит Московский Иов ни при каких условиях не должен быть переведен на другую кафедру, поэтому Иеремия должен был жить во Владимире, как городе исторически старшем, нежели Москва. Выслушав таковое сложное предложение, патриарх ответил, что неприлично главе Церкви жить не в столичном городе, да и нет прецедента.
Тогда был поднят вопрос о возведении на патриаршество уже фактического предстоятеля Русской Церкви - митрополита Иова, что и было торжественно совершено 26 января 1589 года.
Богослужение возглавлял патриарх Константинопольский Иеремия. Возвращаясь в Константинополь, он оставил грамоту-уложение о даровании автокефалии и Патриаршества от Матери-Церкви. Но на учреждение патриаршества нужно было согласие всех Вселенских Патриархов. В 1590 году в Константинополе собирается Малый Поместный Собор с участием всех патриархов, кроме Мелетия Александрийского - он не явился в знак протеста на том основании, что Иеремия действовал в Москве, не получив предварительных полномочий от патриархов-собратий.
То, что произошло в Константинополе, стало немедленно известно в Москве (было послано и официальное уведомление). Московское правительство под руководством Годунова возбуждает вторичное ходатайство в Константинополе: рассылает ходатайственные грамоты каждому патриарху лично.
В 1593 году собирается второй поместный Собор в Константинополе с участием и Мелетия. Здесь права автокефалии РПЦ и права Патриаршества в Москве признаны всем Собором и московскому Патриархату дано пятое по чести место после Патриарха Иерусалимского, каковое занимается и по сей день. Замечательно, что в грамоте об учреждении патриаршества повторены слова игумена Филофея о Москве, как третьем Риме. Это показывает, что учреждение патриаршества было вызвано именно политическими соображениями о значении Москвы, как преемницы православного греческого царства.
Митрополичье достоинство было присвоено четырём епархиям: Новгородской, Казанской, Ростовской и Крутицкой. Пять епархий получили достоинство архиепископий: Суздаль, Рязань, Тверь, Вологда и Смоленск. Три епископии вновь образованы: Нижегородская, Псковская и Корельская (была аннулирована в 1611 году, когда Корелы были захвачены шведами).
В православии существует такое понятие, как автокефалия, являющаяся принадлежностью лишь этой конфессии и отсутствующая в иных направлениях христианства. С тех давних времён, когда Русская православная церковь стала автокефальной, она не только вошла в число иных религиозных организаций мира, обладавших этим статусом, но и заняла между ними лидирующее положение, получив титул «Третьего Рима».
Какая церковь называется автокефальной?
Среди множества поместных церквей, то есть религиозно-административных структур, осуществляющих свою деятельность в рамках определённого государства или региона, автокефальными называются те, которые пользуются правом самостоятельно принимать решения по всем вопросам внутренней жизни, не согласовывая их с иерархами Вселенской церкви, в состав которой они входят.
Слово «автокефалия» заимствовано из греческого языка и в переводе означает «самоуправление», что в полной мере отражает административную независимость каждой автокефальной церкви, состоящей в то же время с прочими подобными ей структурами в прямом литургическом (богослужебном) общении.
Начало нового этапа в истории православия
Появление первых церквей, основанных на принципе автокефалии, стало результатом отделения от Византийской империи её провинций. Освобождаясь от административного контроля светских властей, население этих территорий стремилось получить также и религиозную самостоятельность.
Вследствие этого, параллельно с ослаблением империи и вплоть до её окончательного падения в 1453 году, на территориях, ранее подчинённых Константинополю, шёл процесс обособления патриархатов ─ местных церквей, возглавляемых патриархами, и митрополий, во главе которых стояли митрополиты. Его итогом стало образование ряда независимых автокефальных православных церквей, что явилось новым этапом в истории православия.
Юридические права автокефалий
Характерная особенность создаваемых структур заключалась в праве самостоятельно избирать своих предстоятелей, поставляемых местными архиереями. При этом прочие церкви не могли влиять на ход выборов, а их предстоятелям позволялось лишь присутствовать на них в качестве почётных гостей.
Кроме независимости в избрании своего первоиерарха, автокефальные церкви наделены ещё целым рядом полномочий, среди которых:
- возможность издавать собственные правила и законы, в число которых включены Уставы входящих в их состав поместных церквей;
- самостоятельный выбор той или иной формы управления и внутреннего устройства;
- право освящать для себя святое миро, состоящее из множества ароматических веществ и используемое при священнодействиях;
- канонизация собственных святых и установления дней их празднования;
- право внесения изменений в существующие чинопоследования (порядок молитв и обрядовых действий во время богослужения) и песнопения, а также введение новых, не входящих в противоречие с установленным догматическим учением;
- полная независимость в принятии административных решений;
- самостоятельность местного церковного суда;
- возможность созыва собственных Поместных соборов;
- право инициировать созывы Вселенских соборов.
Рамки, ограничивающие права автокефалий
На каждую автокефальную церковь, при всей полноте её внутреннего самоуправления, накладываются ограничения, обусловленные принципами общецерковного единства. Являясь составляющими частями Вселенской церкви, они должны быть тождественны между собой и отделены друг от друга лишь административно и территориально, сохраняя при этом духовное и вероучительное единство.
Можно выделить три области внутренней жизни автокефальных церквей, на которые распространяются ограничения. Прежде всего это вопросы догматического характера. Согласно многовековой традиции, только Вселенская церковь обладает правом толковать Богооткровенную истину, никоим образом не изменяя при этом общей сущности вероучения.
Кроме того, применяя к местным условиям каноны (свод церковных правил), установленные Вселенской церковью, каждая из автокефалий обязана соблюдать их, не внося каких-либо принципиальных изменений. И наконец, общий ход совершаемых ими богослужений должен строиться на принципах единообразия, касающегося основных норм, и соответствовать официальному догматическому учению.
Единение православных церквей
Наглядным проявлением единства автокефальных православных церквей является установившаяся в них практика совместного литургического служения, а также взаимное церковное поминание первоиерархов. Основным же их связующим звеном является общая для всех евхаристия ─ таинство, при котором хлеб и вино прелагаются в Тело и Кровь Господню, необходимые затем во время причащения верующих.
Признанные автокефальные церкви
В настоящее время на свете существует 15 официально признанных автокефалий, каждая из которых имеет свои характерные особенности, включая традицию, определяющую порядок их перечисления. В диптихе автокефальных церквей, принятом в России, прежде всего упоминаются те из них, во главе которых стоят патриархи. К ним относятся церкви:
- Константинопольская, насчитывающая около 2,1 млн человек.
- Александрийская, последователями которой являются около 6,4 млн человек.
- Антиохийская (греческая), включающая в себя 1 млн 400 тыс. человек;
- Иерусалимская ─ 131 тыс. человек.
- Русская автокефальная церковь, являющаяся самой многочисленной в мире. Её последователями, по данным социального опроса, являются 100 млн человек.
- Грузинская ─ 4,2 млн человек.
- Сербская, объединяющая в себе почти 10 млн верующих.
- Румынская ─ 16,1 млн человек.
- Болгарская, насчитывающая около 8,2 млн последователей.
Вслед за тем в диптихе обозначены 3 автокефальные церкви, управляемые архиепископами:
- Кипрская ─ 425 человек.
- Элладская, так же как и Антиохийская, находящаяся на территории Греции. Её последователями определяют себя 8,3 млн человек.
- Албанская ─ 720 тыс. человек.
Кроме того, в диптихе отмечены ещё 3 автокефалии, первоиерархами которых являются митрополиты. Среди них:
- Польская ─ 501 тыс. человек.
- Православная церковь Словакии и Чешских земель. Она самая малочисленная, имеющая не более 150 тыс. последователей.
- Американская православная церковь ─ около 1,2 млн человек.
Кроме вышеперечисленных 15 автокефальных церквей, существуют также 6 автономных, каждая из которых находится в подчинении у одной из них. В совокупности эти церкви охватывают собой всё мировое православие. Ни в одном из направлений Западной христианской церкви автокефалий и автономий нет.
Непризнанные церкви старообрядчества и русской иммиграции
Наряду с теми автокефалиями, чей статус общепризнан, существует ещё ряд церквей, образовавшихся в XIX-XXI вв., хотя и независимых де-факто, но при этом официально не являющихся каноническими. Самой многочисленной из них является Русская Православная Церковь за границей (РПЦЗ), появившаяся в 20-х годах прошлого века как религиозное объединение эмигрантов, покинувших Россию после прихода к власти большевиков. Она включает в себя около 400 приходов, находящихся в различных странах мира, и имеет около 15 млн последователей.
Кроме того, в их число входит ряд российских религиозных организаций православного толка, не признающих над собой главенство Московской патриархии и основанных на принципах самоуправления. Это прежде всего независимые старообрядческие структуры, появление которых явилось следствием церковного раскола, потрясшего Россию в 50-60-х годах XVII века.
Суздальский раскол и непризнанные церкви Украины и Беларуси
К этой же категории следует отнести и так называемую Русскую православную автономную церковь, именуемую также Суздальским расколом. Вступив в конфликт с руководством Московского патриархата, её представители предпочли создать альтернативную религиозную организацию, не признанную ни одной из православных церквей мира.
Далее следует Украинская православная автокефальная церковь, именующая себя канонической, но не имеющая этого статуса. Её не следует путать с двумя другими Украинскими православными церквями, относящимися к Московскому и Киевскому патриархатам. Она не имеет евхаристического общения с другими церквями и не признаётся ими. Своё происхождение эта структура берёт от Польской православной церкви.
И наконец, не может добиться признания и автокефалия, образовавшаяся в результате слияния нескольких неканонических религиозных организаций православного толка, появившихся в советский и постсоветский периоды на территории Беларуси. С 1944 года их центр переместился в Нью-Йорк, и своих последователей церковь черпает в основном из числа эмигрантов.
Обстоятельства, благодаря которым Русская православная церковь стала автокефальной
Известно, что на протяжении нескольких веков после крещения Руси её Церковь находилась в подчинении Константинопольского патриархата. В то же время и главы Римской католической церкви не прекращали попыток установить над ней своё главенство.
Особенно ярко это проявилось на Флорентийском соборе 1439 года, где киевского митрополита Исидора удалось склонить к подписанию унии ─ договора, предусматривавшего объединение Восточной и Западной православных церквей, признание ими католической догматики с правом сохранения прежних богослужебных обрядов, а также подчинение их Римскому папе.
Этот акт вызвал протест со стороны россиян и послужил толчком к началу процесса, итогом которого стало образование Русской православной автокефальной церкви. Ставленник Константинопольского патриарха митрополит Исидор за своё отступничество был смещён с должности и заточён в Чудовом монастыре, после чего его кафедра несколько лет оставалась вакантной. В 1448 году по инициативе великого князя Василия II Тёмного её занял самочинно избранный в Москве митрополит Иона.
Как и когда Русская церковь стала автокефальной?
Появление собственного митрополита стало важной вехой в истории государства. Формально в тот период провозглашение Русской автокефальной церкви ещё не состоялось, но фактически она начала действовать без оглядки на Константинополь. Её самостоятельность значительно упрочилась после того, как в 1453 году Византия была захвачена османскими завоевателями.
Ввиду сложившейся после этого тяжёлой обстановки, константинопольские патриархи, утратив своё прежнее влияние, вынуждены были прислушиваться к воле московских самодержцев. В итоге глава Константинопольской церкви Иеремия II в 1589 году поставил на российский патриарший престол архиепископа Ростовского Иова, ставшего первым патриархом Московским и всея Руси. Его портрет представлен в статье. С этого года автокефальная церковь России, наконец, обрела свою легитимность.
Юридические аспекты предоставления автокефалии
В современном мире вопросы, связанные с предоставлением автокефалии тем или иным церквям, часто бывают крайне политизированы, и их решения принимаются без учёта канонического права. Причина подобного явления подчас кроется в том, что автокефалия рассматривается прежде всего как свидетельство национальной самодостаточности и независимости. Такой крайне неверный подход часто приводит к различным внутрицерковным нестроениям и расколам.
О порядке предоставления автокефалии существует много точек зрения, среди которых доминирую две. Согласно одной из них, сторонниками которой являются представители Польши, Румынии, России и Болгарии, каждая ныне признанная автокефальная церковь, при наличии определённых предпосылок, должна иметь право предоставить такой же статус любой части своих последователей, дав им возможность создать независимую религиозную структуру.
В то же время Константинопольская, Элладская, Александрийская, а также Иерусалимская церкви настаивают на том, что подобным правом должен обладать лишь Константинопольский патриарх. Окончательное же решение вопроса может быть принято на Всемирном Соборе Православной Церкви, дата созыва которого пока неизвестна.
В работе же предсоборных комиссий активное участие принимают и наши соотечественники, к мнению которых прислушиваются с особым вниманием, поскольку со времён, когда Русская церковь стала автокефальной, она является одной из самых влиятельных религиозных организаций в православном мире.